Актер драматического театра Антон Карташов завоевал приз зрительских симпатий

Актер драматического театра Антон Карташов завоевал приз зрительских симпатий

Именно он исполняет главную роль в лучшем спектакле сезона — «Гамлет»

190
ПОДЕЛИТЕСЬ >>
Антон Вячеславович Карташов
Фото: Владимира ЧУЧАДЕЕВА​​

По итогам 166-го театрального сезона во Владимирском академическом театре драмы один из двух призов зрительских симпатий завоевал актер Антон Карташов.

«ВВ» решили выяснить у любимца владимирской публики, не жалеет ли он о выборе профессии, почему при хорошо складывающейся актерской карьере он подался в режиссуру и как относится к деньгам.

— Антон, курс Горохова сейчас стал уже достойным брендом. Но когда поступал ты, все только начиналось. Некоторым затея казалась авантюрой. Я была на вступительном творческом конкурсе. Ты произвел неизгладимое впечатление танцем «от бедра». Как ты и твои коллеги решились ввязаться в проект, который брендом еще не был?

— Мы об этом не рассуждали. Я активно участвовал в местном КВН и так или иначе собирался учиться актерской профессии. Но планы строил на Нижний Новгород. Почему не на столицу? Я из Мурома, это уютный небольшой город, я к этому привык, а в мегаполисах мне не очень комфортно. Увидел афишу с набором на курс Николая Анатольевича. Владимир показался мне интересным вариантом. Я поехал посмотреть. В итоге был принят — и остался. Сейчас прошло достаточно много лет, и я об этом решении не жалею. Как не жалею о выборе профессии.

Это мое. Я пытался размышлять, кем бы мог стать, если не актером. Но никаких конкретных ассоциаций для себя так и не увидел. Только актерство. Я понимаю, о чем вопрос. Да, с нашим курсом все не раз было под большим вопросом, нас могли распустить, прежний директор театра был против. Но мы об этом узнали гораздо позже. Николай Анатольевич с Надеждой Ивановной Гороховой берегли нас, взваливая все проблемы на себя. И курс уцелел. Вопреки многим обстоятельствам. К счастью. Так что мне повезло, что я попал к Горохову. Везет и теперь, в театре, где у меня много интересных ролей и где мне даже позволяют ставить спектакли.

— Твой первый режиссерский опыт — «История медведей панда, рассказанная одним саксофонистом, у которого имеется подружка во Франкфурте». Второй — «Осада». Ты сам выбирал, что ставить?

— «Панд» мне как бы в испытание дали. А «Осаду» уже позволили выбрать. Предвижу вопрос ‑ доволен ли я своей работой? Нет, никогда. Всегда потом думаешь, что вот это можно было сделать иначе, а вот здесь дополнить… Это бесконечный процесс. Журналисты ‑ тоже творческие люди, так что ты сама, думаю, понимаешь, что всегда в нашей работе есть что улучшить. Но могу сказать, что я и в первый, и во второй раз погружался в материал полностью. От «Панд» потом очень долго отходил, когда их «сделал» и отпустил. «Осаду» пока не отпустил: скоро приедет автор, будет интересно услышать его мнение о постановке. Я это считаю уникальной возможностью.

— Наверное, действующему актеру переквалифицироваться в режиссеры сложно? Ведь как актер ты коллегам равный. А как режиссер ‑ в определенной мере босс.

— Знаешь, когда приезжает новый режиссер, сразу видно, был он актером или нет. Того, кто был актером, сложнее ввести в заблуждение определенными приемчиками, которые используют практически все актеры, если хотят схалявить. А вот если режиссер сам актер, он эти приемчики досконально знает.

Второй плюс ‑ мне как актеру легче объяснить, какой именно эмоции я хочу добиться. Я же эту роль все равно через себя пропускаю. При этом если я ставлю спектакль, то себя в нем в качестве актера видеть уже не хочу. То ли потому, что таким образом не могу видеть себя и всю картинку со стороны. То ли как актер не очень доверяю себе-режиссеру. Шутка.

— Актеров справедливо считают Нарциссами?

— Во многом небезосновательно, конечно. Мы же работаем «лицом». Главное ‑ не перегибать. Одна коллега несколько лет назад показала мне на другого нашего коллегу (он уже не работает в театре), как он любуется собой перед зеркалами. Показала и сказала: «Вот так мужику никогда делать не надо». Я это запомнил. Хотя однажды я тоже какое-то время не мог пройти мимо зеркал ‑ когда впервые налысо побрился. Долго привыкал к этому.

— Вот мы говорим с тобой, а телефон у тебя звонит постоянно. Скажи, ты знаешь, что ты самый популярный актер нашего театра?

— Я владимирский актер. И все. Что подразумевать под популярностью? Какие у нее признаки?

— Ну, на сайте театра твое имя ‑ самый популярный запрос. На мои рецензии на спектакли с твоим участием девушки постоянно делают ссылки в соцсетях, чего не происходит с другими публикациями.

— Я надеюсь, что среди этих девушек много тех, кто интересуется театром и любит его. Но вообще я благодарен всем, кто с симпатией ко мне относится. Кстати, огромное спасибо всем зрителям, отдавшим мне свои голоса в этом сезоне. Но мне кажется, я адекватно к себе отношусь. От самоуверенности меня не распирает. Наоборот, я все время изъедаю себя сомнениями: а все ли я в профессии делаю как надо? Взять хоть капустники — и из-за них сомневаюсь. А когда народ над нашими шутками хохочет или когда у него просто винегрет эмоций от увиденного — не представляешь, какое это огромное счастье. А еще — это уже режиссерское счастье — когда ты не был до конца уверен в том или ином актере, а он «выстреливает». Например, я ввел в «Панд» Андрея Гурамишвили — получилось здорово. Я люблю это ощущение, когда моему коллеге что-то вот так отлично удается, и я знаю, что приложил к этому руку.

— Вернемся к тебе-актеру. Тебе важно играть в принципе «лишь бы быть на сцене» или более важно, какую роль?

— Конечно, важно, какая у тебя роль, насколько она тебе близка. Случаются назначения на роли, в которых мне не очень комфортно. Но в первую очередь в таком случае я виню себя. Значит, это я не сумел найти в роли того, за что можно душой зацепиться. Плохо присмотрелся… Но бывают роли — просто восторг! Например, играл Бабу-ягу в «Аленьком цветочке» и вспоминаю сейчас с огромным удовольствием. На премьере шестерых визжавших детей вынесли из зала. Дети испугались, потому что мне поверили! А вообще самая идеальная ситуация на сцене — когда ты играешь роль по душе и с партнерами, которых считаешь друзьями. У меня так было — и получилось, что мы с другом вели живой искренний диалог в рамках спектакля, обсуждали волнующие нас темы языком Пушкина. Потрясающие ощущения!

— У тебя в активе и Гамлет, и Тузенбах в «Трех сестрах», и Хлестаков в «Ревизоре», и Ромео… Что еще великое мечтаешь сыграть?

— Я сейчас на многое смотрю по-другому. Одновременно с Хлестаковым всегда мечтал сыграть Иудушку Головлева. Но сейчас мне 31 год, думаю, что чуть-чуть понимаю в профессии и чувствую, что эта роль моей мечты больше подойдет Толе Шалухину. Он сыграет ее гораздо лучше. Он очень классный актер. Я знаю свой потенциал, знаю потенциал коллег, многих очень уважаю и люблю. Понимаю, что где-то надо пробовать, а где-то даже начиная с фактуры человека — все яснее ясного, и даже не стоит пытаться конкурировать. Я способен это принять.

— Мне кажется, что актерство — уникальная профессия. В ней важнее играть, а не зарабатывать. Я права?

— Как сказать… Может, играть и важнее. Но деньги — необходимая штука. Глупо делать вид, что все мы такие возвышенные и живем эфемерным. Деньги нужны, чтобы не думать о том, что ты чего-то необходимого или желанного не можешь себе позволить. Если голова забита этим, то вряд ли удастся отстраниться от всего и сосредоточиться на роли. Так что я, например, стараюсь зарабатывать. Совмещать работу в театре с ведением презентаций. Нет в этом никакого предательства. Тем более что деньги идут в том числе на учебу мастерству. А кроме того, я даже в перерывах презентаций рисую декорации. То есть то, что я больше всего люблю, меня никогда не отпускает.

— Как относишься к актерским импровизациям?

— Каждая импровизация должна быть строго отрепетирована в рамках построенных актером и режиссером коридоров. Иначе начнется фиглярство и кривляние. А вот небольшое актерское хулиганство мы иногда себе позволяем.

Досье «ВВ»

Антон Вячеславович Карташов родился в Муроме в 1984 году. После школы поступил на актерский курс народного артиста РФ Николая Горохова во Владимирском областном колледже культуры и искусства и в ВГГУ. Во Владимирском театре работает с 2004 года. Обладатель диплома VIII фестиваля «Голоса России» (Вологда), диплома конкурса «Хрустальная роза Виктора Розова».